Ювелирная Компания «Болин».

В 1996 году старейшее ювелирное предприятие России – фирма «Болин» – отметило юбилей: 200 лет со дня основания. Все началось в 1790 году, когда в Петербург из Саксонии приехал бриллиантовых дел мастер Андреас (Андрей Григорьевич) Ремплер, который сразу же получил звание придворного ювелира. С того же года он стал оценщиком Кабинета Его Императорского Величества, тогда Павла I; Ремплер действительно был прекрасным мастером-ювелиром, поэтому его собственное дело, начатое в 1796 году, быстро пошло в гору. Но если фирма называется Болин, то причем здесь Ремплер? Дело в том, что  у Андреаса Ремплера были две дочки, которые удачно вышли замуж за двух очень деловых и одновременно талантливых мужчин. Старшая сыграла свадьбу еще при жизни отца; ее муж, немец Готтлиб Эрнст Ян, тоже ювелир, стал компаньоном тестя. А младшая вышла замуж позже, в 1834 году, за шведа Карла Эдуарда Болина. К тому времени умер старый Ремплер, и, таким образом, Карл Эдуард Болин не только оказался женатым на богатой наследнице, но и почти сразу, в 1835 году, вступил в дело, и в 30 лет стал совладельцем ювелирного предприятия, которое являлось поставщиком высочайшего двора. Это было невероятно для того, кто еще два года назад поступил на службу к Яну бухгалтером, только недавно приехав в Россию.

Ювелирная компания Болин  

Карл Эдуард успел поработать в качестве компаньона с Эрнстом Яном год, поэтому фирма называлась «Ян и Болин». Как только Болин стал совладельцем фирмы, он был также назначен оценщиком Кабинета и приобрел звание придворного ювелира. В 1836 году умирает совладелец Эрнст Ян, и теперь предприятие носит название «Болин и Ян»; к этому времени  вдова Ремплера все еще участвует в делах. У Болина был младший брат, которого тот вызвал в 1836 году в Петербург, Генрик Конрад (Андрей) Болин, и который в 1852 году открыл филиал разросшейся фирмы в Москве, задолго до Фаберже, Хлебникова и почти одновременно с Овчинниковым.

Ювелирная компания Болин

Дела у придворного ювелира и оценщика Кабинета Его Императорского Величества Карла Эдуарда Болина шли превосходно: его работы были невероятно востребованы, а он сам пользовался особым расположением царской фамилии. Фирма семьи Болин выполняла, в подавляющем большинстве случаев, очень дорогие, важные и крупные заказы: драгоценные украшения. Это были и колье, и броши, и диадемы, запонки, галстучные булавки, уникальные ожерелья из редких по весу драгоценных рубинов, сапфиров, алмазов и жемчуга. На фирме очень любили аметист и делали много изделий с этим камнем, особенно брошей; замечалось также пристрастие к изготовлению головных уборов из бриллиантов и жемчуга, браслетов и серег с рубинами. Кроме того, Болин исполнял и официальные царские подарки с государственной  символикой. К 1849 году в мастерской Болина работает пятьдесят человек, а сама она находится на Невском проспекте, в то время как магазин располагается недалеко от Зимнего дворца, на Большой Морской улице.

Из восьми детей Карла Эдуарда Болина двое (Эдуард Людвиг и Густав Оскар Фридрих) работали с отцом. Они же и приняли руководство предприятием после его смерти в 1864 году, также получили звание оценщиков Кабинета и придворных ювелиров, а в 1871 году торговый дом получил название «Карл Эдуард Болин». Он оставался поставщиком императорского двора до 1916 года, почти до самого конца.

Ювелирная компания Болин

Младший брат Карла Эдуарда, как уже упоминалось, открыл магазин в Москве, причем, в отличие от петербургской мастерской, изготовлявшей драгоценные украшения, в Москве делали, в основном, серебряные изделия: столовое серебро, посуду, предметы быта, как дорогие, так и более демократичные по цене – в сочетании с хрусталем (например, ваза для фруктов в классическом стиле с основанием в виде серебряной фигурки древнегреческой девушки в тунике, держащей хрустальную чашу, или серебряный нож для разрезания бумаги с цветными эмалями). Стили применялись разные, от классики и историзма до ар-нуво и модерна.

На Всероссийской мануфактурной выставке в Санкт-Петербурге в 1870 году Болин, как называли для простоты фирму, был признан лучшим ведущим российским ювелиром. Он получил «первое место как по изяществу рисунка, совершенству работы, так и по высокой ценности изделий»  и высшую награду – «право употребления Государственного герба», «за совершенную чистоту ювелирной работы, искусный подбор камней и изящество рисунков».

Еще  одно произведение, дошедшее до нашего времени, - тиара из бриллиантов и рубинов, принадлежащая маркизе Надежде Милворд Хейвенской. Это изделие ювелирного искусства отличается легкостью и воздушностью рисунка, ярким блеском камней, которые очень искусно подобраны и вставлены.

Ювелирная компания Болин

Только на Всероссийской художественно-промышленной выставке 1882 года в Москве у Болина появились конкуренты, среди которых был отмечен Фаберже как молодой, но первоклассный мастер. Фаберже официально стал придворным ювелиром только в 1911 году. Среди прочего на выставке была представлена бриллиантовая диадема с огромными грушевидными жемчужными подвесками, являвшаяся собственностью великого князя Владимира Александровича, которую носила его жена, и которую теперь с большим удовольствием носит английская королева Елизавета II.

И Фаберже, и Болины получали крупные заказы от царской семьи, особенно к важным праздникам и другим особенным событиям в жизни страны и членов семьи императора. Обязательным было исполнение фирмой «К. Э. Болин» ювелирной части приданого к  бракосочетаниям высочайших особ; Фаберже традиционно изготавливал к Пасхе яйца-сюрпризы, а также столовое серебро и милые безделушки.

Братья Эдуард и Густав Болины получили дворянство в 1912 году. Это единственный случай в российской истории, когда ювелиры были возведены в российское потомственное дворянское достоинство.  Теперь у семьи появился фамильный герб: на строгой формы голубом геральдическом щите изображены веревка булинь (снасть парусного судна для управления парусами – так с шведского переводится фамилия «Болин») и геральдический драгоценный камень.

Московское отделение фирмы Болин на «бриллиантовой улице» старой столицы – Кузнецком мосту – работало с русским размахом. Этому во многом способствовал сын Генрика Болина Вильгельм (Василий Андреевич). Он руководил московским отделением после смерти отца в 1888 году вплоть до 1918 года; после 1912 года, когда Василий Андреевич достиг полной финансовой независимости от петербургских кузенов, предприятие в Москве стало называться «В. А. Болин», так оно называется до сих пор (V. A. Bolin). Дела шли настолько хорошо, что в 1916 году В. А. Болин открывается в Германии, в Бад-Хохенбурге, курортном городе, в котором собиралось все высшее общество.

С началом революции имущество Болинов в Москве экспроприировали и распродали, и Василий Андреевич даже остался в должниках. Интересно, что занимать деньги пришлось у мадам Фаберже.

Сейчас фирма V. A. Bolin продолжает работать; это имя, как и раньше, связывается с безупречным вкусом и высоким качеством. Произведения фирмы хранятся в государственных и частных собраниях  всего мира: в Швеции, США, Англии, Германии, Дании и других. В одной только России они есть в Эрмитаже, Историческом музее и Оружейной палате. В 2001 году Государственном историко-культурном музее-заповеднике «Московский Кремль», в помещении Успенской звонницы, была открыта выставка «Болин в России. Придворный ювелир конца XIX - начала XX века». Это, по сути, первая выставка фирмы на родине, в России. Открытие выставки было приурочено к официальному визиту Его Величества короля Швеции Карла XVI Густава, королевы Швеции Сильвии и кронпринцессы Виктории. Предметы для этой экспозиции были предоставлены не только русскими музеями и владельцами частных собраний, но и собрания Королевских Домов Швеции и Дании, Ливрусткаммарен (шведская оружейная палата), аукционный дом Christies, галерея «А ля Вьей Русси» из Нью-Йорка, галерея «Ротманн» из Кельна, «Вартски» из Лондона.

Ювелирные изделия семьи Болин на протяжении многих лет высоко держали марку: сочетали высокую технику исполнения с изяществом, ослепительный блеск с безупречным художественным вкусом. За все время своего существования в России фирма Болин подняла  ювелирное дело до уровня высокого искусства, когда даже щетка для одежды с эмалевым рисунком может стать изысканной вещью, а настольная рамка из кабинета Его императорского величества с фотографией императрицы Александры Федоровны, выполненная из оригинальной карельской березы, являет образец строгого вкуса и простой, но изящной отделки. Остается лишь сожалеть, как мало сохранилось таких произведений ювелирного искусства и как мало подобных предметов появляется сейчас.